Слушание по делу об ежедневном фэнтези-спорте в Нью-Йорке: обзор аргументов сторон

1569

Нью-Йорк всегда считался непредсказуемым рынком для операторов ежедневного фэнтези-спорта. В отличие от многих других штатов, где по закону азартные игры определяются случайностью в большей степени, нежели мастерством, Нью-Йорк устанавливает для них более строгую планку.

Слушание по делу о ежедневном фэнтези-спорте в Нью-Йорке обзор аргументов сторон
Верховный суд в Нью-Йорке

В уголовном законе 225.00 азартные игры определяются как ставка на что-то ценное или как «игра на удачу», а также как соревнование, исход которого решается «будущим непредвиденным событием, на которое невозможно влиять и управлять». При этом участник понимает, что в случае удачи, он получит нечто еще более ценное. Так сформулированы законы в Алабаме, Аляске, Гавайях, Миссури, Нью-Джерси, Оклахоме, Орегоне и Вашингтоне.

При этом закон не дает собственных определений понятиям «влиять» и «управлять». Их прямой смысл — оказывать эффект, поэтому юристы задают логичные вопросы: что значит непредвиденное событие в индустрии ежедневного фэнтези-спорта? Можно ли считать этим событием матч, на котором основано соревнование, или непосредственно игру участников?

Единственный источник ответа на эти вопросы — справочные комментарии, сопровождающие закон 225.00. Их автор —  Уильям Доннино (William Donnino), нью-йорский судья. Он затрагивает тему шахмат, чтобы дать определение азартным играм:

Одна из иллюстраций определения азартной игры сделана судьями Дензером (Denzer) и МакКвиланом (McQuillan), представившими игру в шахматы между игроками A и B, на которую они сделали ставку друг против друга. Дополнительные ставки делают сторонние наблюдатели — участники X и Y. Несмотря на то, что шахматы — это игра мастеров, X и Y участвуют в азартной игре, потому что ее результат зависит от события в будущем, которое они не могут контролировать. При этом A и B будут демонстрировать друг другу свои навыки, а, следовательно, их игра не азартна. Таким образом, определение азартной игры охватывает две ситуации: когда человек участвует в игре на удачу или делает ставку на будущие события, на которые не может оказывать прямое влияние.

Эксперты предлагают расширить гипотетическую ситуацию: вместо партии в шахматы представим восемь пар, играющих в теннис одновременно. Вместо прямой ставки игроки A и B, а также X и Y выберут по пять теннисистов и будут получать баллы за их успехи в матчах. Могут они влиять на исход всего мероприятия или хотя бы одного матча? Разумеется, нет.

Ответ в любом случае зависит от того, как определяется то самое будущее событие — как реальный спортивный матч (как утверждает нью-йоркский генеральный прокурор) или как сам фэнтези-турнир (как говорят DraftKings и FanDuel). Ответ на этот вопрос в значительной степени определяет, каким будет решение суда, и смогут ли операторы продолжать работу в Нью-Йорке.

Аргументировать его на слушании было сложно обеим сторонам. Вопрос затронула Кэтлин МакГи (Kathleen McGee), помощник генерального прокурора. Она потратила большую часть отведенного времени, рассказывая о том, что эта проблема — «чистый вопрос права», в отличие от оценки игр на удачу. Она считает, что мастерство прогнозирования «не имеет отношения к вопросу о ставках на будущие события, которые не подвергаются влиянию игроков». По мнению МакГи, суд должен отталкиваться именно от этого утверждения.

На вопрос «так что же является будущем непредвиденным событием в индустрии ежедневного фэнтези-спорта» она немедленно назвала производительность спортсменов в реальных играх, которые участники фэнтези-соревнований не могут контролировать. Она объяснила, что если настоящего матча не будет, то не будет победителей и проигравших:

Те, кто делает ставки, получают или теряют очки в зависимости от того, сколько ярдов пробежал спортсмен, сделал ли он тачдаун, фамбл или гол, сколько игроков обошел и так далее.

МакГи считает, что роль фэнтези-игрока сводится к тому, чтобы просто побыть зрителем. Он регистрируется на сайте, помещает ставку, а затем смотрит телевизор. Она опровергла заявление операторов о том, что генеральный прокурор выставляет в криминальном свете все соревнования на мастерство: шахматные партии, инвестиционные торги, бинго и даже конкурсы на знание орфографии. По мнению МакГи, если бы кто-то пытался ставить на их результаты, проводя много времени за изучением личностей конкурсантов и их уровня подготовки, это можно было бы считать азартной игрой.

Не удивительно, что адвокат FanDuel Джон Киернан (John Kiernan) иначе смотрит на этот вопрос. Он заявил, что ежедневный фэнтези-спорт — это «настоящее соревнование», как и конкурсы орфографии, ловли рыбы, написания эссе, а также беговые марафоны. Он рассказал о том, что все эти увлечения давно признаны одной из составляющих американской жизни, тесно связанных с ее социальными особенностями. Киернан характеризует «настоящее соревнование» так:

Если игрок платит за участие и знает заранее объявленную сумму выигрыша, турнир считается настоящим соревнованием, то есть игрой на мастерство. Это много раз было признано юридически. Суды не считают плату за такую игру ставкой, поэтому, согласно формулировкам закона Нью-Йорка, фэнтези-игра не может быть азартной.

Киернан сослался на показания, данные одним из экспертов под присягой, профессором Массачусетского технологического института, который провел долгосрочное исследование игр FanDuel и ее конкурентов и обнаружил, что игроки постоянно изменяют и совершенствуют составы игроков, никогда не полагаясь на случайный выбор. Это требует некоторой степени мастерства.

Также он показал, что наиболее квалифицированные игроки являются более успешными на длительном промежутке времени. К тому же, набирая опыт, игроки явно прогрессируют. Чем чаще они участвуют в соревнованиях, тем больше улучшают свои показатели.

Во время выступления Киернана вмешался судья Мендез (Mendez), чтобы напомнить аргументы генерального прокурора. Адвокат уточнил, что фэнтези-игра и реальный матч — это разные события, а фэнтези-игрок в первую очередь рассчитывает на свое мастерство, а не на навыки спортсмена. Он объяснил, что восемь или десять человек, составляющих виртуальную команду игрока на сайте, никогда не ступят на поле вместе, а значит, они совершенно отделены от реальных матчей. При этом результаты последних очень незначительно влияют на успех отдельного игрока: настоящая команда может проиграть, а фэнтези-состав, содержащий ее спортсменов — выиграть.

Еще один аргумент адвоката — мнение самих участников соревнований. Они видят вокруг себя конкуренцию, и регулярно вкладывают немалые усилия, чтобы собрать свою виртуальную команду. Сами игроки считают, что их мастерство поможет им победить. Необходимость конкурировать укоренилась в американской культуре последних лет, и это то, что делает фэнтези-спорт таким разноплановым.

Киернан заявил, что каждый участник не просто контролирует исход игры — он оказывает решающее влияние на то, как она пройдет. Спортсмены являются своего рода марионетками в их турнирах. По его мнению, тот факт, что игрок сайта не может контролировать ситуацию на поле, очевиден, но не важен. Адвокат привел сравнение:

Все, что может сделать рыбак — это закинуть удочку, а его мастерство подскажет ему нужные инструменты и место. Теперь роль за рыбой.

Следующим свою позицию аргументировал Дэвид Боис (David Boies), адвокат DraftKings. Он подверг критике заявление генерального прокурора о том, что в ежедневном фэнтези-спорте нельзя контролировать события. Боис заявил, что это утверждение может быть верным только в случае с сезонными видами спорта, которые прокурор считает легальными. Адвокат совершенно не согласен с его позицией, и считает, что разновидности фэнтези-спорта не могут быть разделены законом. Более того, он заявил, что в ежедневном фэнтези-спорте требуется даже больше мастерства и контроля:

Каждый участник ежедневной игры может включить любого спортсмена в свой состав и обладает полным контролем над ним. Конечно, соревнование отличается от любой карточной игры, например, покера, в котором вы вынуждены разыгрывать такую руку, которую вам раздали. Можно сделать фолд, чек, рейз или пойти в олл-ин — это разновидности ваших ставок. Но вы не можете изменить свои карты, они попадают к вам благодаря элементу случайности. В фэнтези-спорте он отсутствует.

Боис поддержал точку зрения Киернана о том, что каждый игрок на сайте не делает ставки на события, а платит за участие в соревновании, где нанимает собственный состав, не имеющий отношения к реальному.

В ответ на аргументы операторов МакГи заявила, что не признает исследование, проведенное сотрудниками FanDuel. Оно не вписывается в местные законы и уставные ограничения:

Сегодня мы услышали о многих новых тестах, призванных защитить индустрию. Честно говоря, я никогда не слышала о понятии настоящего соревнования в контексте права. Ни один из этих забавных тестов не был применен в законе, и, тем более, в разделе 225 уголовного права.

Она заявила, что штат не имеет отношения к сезонным играм, поскольку люди участвуют в них ради развлечения, а не ради денег. Друзья и коллеги могут проводить между собой любые игры, какие захотят, записывая результаты на бумагу или посредством специального веб-сайта. МакГи сказала, что операторы сезонных игр взимают только административный взнос, не получая процент от ставок, и это заявление очень удивило судью Мендеса.

Во время двухчасового обсуждения были подняты и другие вопросы, однако, как считают эксперты, вышеперечисленные факты станут основой для формулирования судебного решения. Судья Мендес умело скрывал свое мнение и не дал присутствующим понять, каким станет итог дела.